Эстер Браун - Агентство `Маленькая Леди`

– Куда?

– Сюда, в бар.

На лице Джонатана отразилось изумление.

– Никто.

– Правда? – смущенно спросила я.– А я думала…

Не знаю, о чем я думала. Внезапно я почувствовала себя так, будто о многом не имею понятия.

– Неужели мы не можем посидеть в баре вдвоем? – спросил Джонатан с хорошо знакомыми мне еле уловимыми нотками неуверенности в голосе.

– Конечно, можем,– быстро ответила я.– Но женщин, которые могли бы положить на вас глаз, тут почти нет. И потом, вы еще ни разу ни на кого не указали пальцем.

Джонатан засмеялся.

– А я об этом как-то даже не подумал. Заказать еще мартини?

Удивительно, но в моем бокале уже было пусто – за исключением маленькой маслины на самом дне.

– Последний,– сказала я, для пущей убедительности поднимая палец.

Благодаря трем бокалам мартини оставшаяся часть вечера протекла как нельзя более занятно. За ужином я сидела между двумя ужасно интересными мужчинами – агентом по недвижимости и сборщиком налогов; оба жаждали общения, говорить хотели о чем угодно, лишь бы не о работе. Я узнала много нового о рыбалке и о турецких курортах; кое-что, чтобы не забыть, даже записала на салфетке, но потом так ее и не нашла.

Во время танцев я планировала отсидеться, потому что за ужином позволила себе еще и два бокала вина. Нельсон положил мне в сумку карточку-напоминание: «Два бокала – сплошное очарование; три – философские рассуждения; четыре – танцы на столе; пять – Орландо фон Борш».

Еще поглощая горячее, я отметила, что приблизилась к стадии танцев, поэтому, когда заиграла музыка, умышленно вступила в долгий разговор о лондонском метро с человеком напротив. Он только что закончил длиннющую речь по поводу таксистов, и я надеялась, что проболтаю с ним хотя бы до тех пор, пока из меня не выветрится бокальчик вина.

Я усиленно кивала, пытаясь переключить внимание с торчащих из носа волос собеседника на что-нибудь другое, когда на мое голое плечо неожиданно легла чья-то теплая рука.

По моей спине пробежал легкий электрический разряд.

– Милочка,– прозвучало у меня над головой.– Не возражаешь, если я ненадолго украду у тебя даму, Эдвард?

Мой увлеченный собственной речью собеседник недовольно скривился, однако не успел он возразить, как Джонатан повел меня за руку на танцпол.

– Чувствую себя не лучшим образом для танцев,– попыталась я сопротивляться, но Джонатан положил руку мне на талию и уверенно повел меня на весьма ограниченном пространстве.

– Люблю, когда партнерша немного навеселе,– признался он, поворачивая меня легким нажатием на спину. – Тогда ею проще управлять.

Я тотчас догадалась, о чем он. Мои ослабевшие руки элегантно лежали на его шее; ноги, реагировавшие на команды, отдаваемые мозгом, с опозданием секунды в четыре, двигались в гармонии с его ногами.

Мы перемещались по отведенному нам кусочку пола изящно и легко. Я и подумать не могла, что чопорный Джонатан Райли наделен удивительным чувством ритма. Он танцевал даже с некоторой небрежностью, отчего каждый его шаг впечатлял еще сильнее.

– Замечательно двигаетесь! – воскликнул он.

– Не лучше, чем вы.

– Наверное, у вас так здорово получается, потому что вы танцуете именно со мной?

Если бы у него не были заняты руки, он наверняка щелкнул бы пальцами. Такого рода заигрываний я не ожидала и, хоть прекрасно понимала, что все это несерьезно, немного растерялась.

– Это что, фраза из какого-то фильма? – спросила я, пытаясь казаться невозмутимой.

Джонатан лишь улыбнулся.

Мелодия сменилась, и мы чуть медленнее заскользили по танцполу. Казалось, Джонатан подчинил мои ноги своей воле – они слушались его беспрекословно, я даже перестала считать в уме.

В школе танцев, куда я ходила, вечно не хватало мальчиков, и меня нередко ставили вместо партнера, потому что я была выше многих девочек. Отсюда моя дурная привычка вести в танце, от которой я никак не могла отделаться. Сегодня же я порхала в руках Джонатана, точно перышко.

Я танцевала как Милочка. И чувствовала себя Милочкой.

Я – Милочка.

Звучала мелодия песни «Щека к щеке». Кружа в танце, я то и дело чувствовала обращенные на нас восторженные взгляды. Если бы требовательного до тошноты Джонатана и старомодную Мелиссу сейчас увидели сотрудники «Дин и Дэниелс», то они не поверили бы собственным глазам.

Музыканты заиграли медленнее.

Я немного напряглась.

Джонатан почувствовал это и осторожно провел пальцами по самому низу моей спины – от копчика вверх до талии. Даже сквозь ткань платья и давно вышедший из моды корсет я почувствовала, какая горячая у него рука.

– Вернемся за стол? – прошептал Джонатан мне на ухо.

От волнующей хрипотцы в его голосе меня бросило сначала в жар, потом в холод.

– Но мне не хотелось бы этого делать,– добавил он.

Я не осмелилась что-либо сказать, поэтому лишь, едва заметно кивнула и, невольно придвинувшись к нему чуть ближе, почувствовала тепло его шеи.

Скажу без преувеличения, на тот момент это была самая волшебная минута во всей моей жизни. Медленно двигаясь с Джонатаном в приглушенном свете зала, я ощущала себя сказочной принцессой, хоть и понимала, что не должна быть такой сентиментальной. Будь моя воля, я танцевала бы с ним нескончаемо долго. Однако мелодия все же умолкла, и мне вдруг показалось, что меня жестоко обманули.

Помедлив с пару мгновений, Джонатан убрал с моей спины руку, и мы пошли прочь с танцпола.

За столом шли оживленные разговоры. Я с трудом заставила себя вернуться в реальный мир и уже собралась было вступить в беседу с тем самым Эдвардом, когда Джонатан взял меня за руку и повел к двери.

– Мы пойдем подышать свежим воздухом! – крикнул он сидящим за столом, захватив по пути бутылку шампанского и пару бокалов.– По-моему, мы слишком увлеклись танцами. Надеюсь, вы нас простите?

Я улыбалась и покорно шла туда, куда он меня вел.

– Что это вы задумали? – тихо спросила я.

– Мы только что упоенно танцевали, и теперь наверняка все ждут, что я пожелаю с вами уединиться – дабы выразить, в каком восторге от вас.

– Вы готовы на что угодно, лишь бы никто ничего не заподозрил,– пробормотала я.

Джонатан посмотрел на меня с недоумением.

– К тому же мне жарко, хочу подышать свежим воздухом…

– Я тоже,– торопливо ответила я.

В коридоре мы встретили одну из сидящих за нашим столиком дам, и Джонатан остановился, чтобы поздороваться с ней.

– Добрый вечер, Софи! Как вам отдыхается?

– Благодарю, замечательно. Вы прекрасно смотрелись на танцполе!– восторженно заявила Софи.– Просто как Джинджер и Фред!